Филиал №30
Московской областной коллегии адвокатов Адвокатской палаты Московской области

Наш адрес: 129128, Москва, Кадомцева пр. 15, оф. 4

+7 (499) 235-73-36
+7 (903) 723-04-81

Обратившись к нам, Вы получите
исчерпывающую консультацию и помощь.

Ярошик О.Д., почетный адвокат МОКА и АП МО, член Союза писателей России.

Необходимая оборона, превышение ее пределов и умышленные действия виновного лица.

Необходимую оборону определяют как защиту своего и чужого права против угрожающего несправедливого нападения при отсутствии помощи общественной власти.

Так главный постулат правовой самообороны определил в 1884 году российский юрист А.Ф. Кони.

Шок и негодование - эти эмоции переполняли вчера молодежь, пришедших в Тверской суд поддержать отважную студентку Александру Лоткову. Об этой милой девушке «МК» уже писал. Саша не побоялась вступится за своих друзей, когда тех прямо на перроне станции метро «Цветной бульвар» начали бить ножами хулиганы. Тогда Александре пришлось пережить потрясение в первый раз. Второе ожидало ее вчера при вынесении приговора. 20-летяя москвичка получила три года колонии. Этим приговором нам всем сказали: защищать себя нельзя, а защищать других - тем более!

Лоткова с двумя подругами спустилась на станцию метро, где стала ждать своих друзей. Те в это время спускались на эскалаторе, где к ним и пристала пьяная компания, завязалась драка. Защищая друзей, Александра открыла огонь из травматического пистолета, приобретенного абсолютно легально. Один из нападавших получил тяжелое ранение в легкое, его товарищ отделался легким ранением, третий зачинщик драки не пострадал.

На следующий день Саша узнала из новостей, что Белоусов в тяжелом состоянии попал в больницу. Она позвонила своему другу и вместе с ним, купив в подарок торт, отправилась в Склиф, где в это время лежал пострадавший Белоусов. «Он тоже извинился, сказал, что был сильно пьян и почти ничего не помнит. Расстались почти друзьями. А через несколько часов он написал на меня заявление».

Судья отказался учесть показания почти всех свидетелей со стороны Александры Лотковой, поскольку они, по его словам, заинтересованы в том, чтобы оправдать ее.

Процесс был тяжелым. Несмотря на то, что Саша оборонялась, ее действия квалифицировали как «умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»

Жизнью и здоровью подсудимой в момент, когда она открыла огонь, ничего не угрожало, подсудимая может исправиться лишь в исправительном учреждении

Сама Лоткова в интервью МК в декабре 2012 года сказала: «Все беды в нашей стране происходят от равнодушия и от желания спасти свою шкуру. Мы думаем о том. Как нам сохранить свой покой и комфорт, и нам плевать, если кому-то рядом грозит беда. Я считаю, так жить неправильно, и не могла поступить иначе». Саша была права на все сто. Увы, это самое равнодушие ее в итоге и победило. Равнодушие чиновников в погонах, которые, цепляясь за закон, как утопающий за соломинку, зачастую даже не пытаются разобраться в ситуации, а штампуют обвинительные приговоры.

«Это решение было принято с нарушением всех процессуальных и моральных норм (?), высказал сое мнение адвокат А.Паршин. - Само странное, что судья счел умышленными действия Саши, поскольку из трех выстрелов, произведенных ею, три пули достигли цели. Она виновна. Поскольку метко стреляла с трех метров! Ощущение, ЧТО ОНА СПЕЦИЛЬНО ВЗЯЛА В ЭТОТ ДЕНЬ ПИСТОЛЕТ, ЧТОБЫ ВЫСТРЕЛИТЬ в Курбанова с Белоусовым и перестрелять их. С нее вычитают средства за моральный вред потерпевшим, но никто не берет в расчет, что лишь на одну только юридическую помощь семья потратила около 400 тысяч рублей. И как насчет морального вреда ее друзей, которых били? Никогда раньше Александра, которой всего 20 лет, не привлекалась к уголовной ответственности, она из хорошей семьи военных, у нее сотня прекрасных характеристик от людей, которые ее знают. Но тем не менее суд полностью удовлетворил требования гособвинения. С другой стороны - что ему оставалось? По закону судья не может смягчить обвинение: он рассматривает дело в рамках статьи УК, определенной следователем. А вот почему следователь не усмотрел в действиях Лотковой самозащиты - вопрос без ответа» (См.: «Приговор самозащите», «МК», 2013 г.)

Итак, «цепляясь за закон, как утопающий за соломинку» и далее по тексту. Оставим эти комментарии журналистов, они имеют право на свое мнение, которое, к сожалению, формируют у общества таким вот непонятно каким образом.

Пытался ли судья действительно разобраться в ситуации? Уверен, пытался более чем, с учетом сложности дела, его обстоятельств и противоречий, проблем доказывания, необходимости дать оценку всем доводам защиты и обвинения, и, главное, того ажиотажа, который дело сопровождал и создавался искусственно, но, по мнению автора, тем более с учетом недостатков и упущений защиты Лотковой, адвокат которой сейчас дает прессе свои комментарии, не стесняясь называть сумму своего необоснованного завышенного гонорара.

Да, судья рассматривает дела в рамках статьи УК, определенной следователем. Может ли судья смягчить обвинение? Да, может. Перейти на более мягкую статью Может ли судья оправдать? Очень редко, но тоже может. Странно, что адвокат Лотковой этого не знает. Или не хочет теперь знать. Надо теперь найти крайних.

При чем тут моральный вред ее друзей которых тоже били? Они также могут быть пострадавшими от преступных действий Курбанова и Белоусова, если таковые будут доказаны.

Утверждать, «что оставалось суду?». Да, к сожалению, суды во многих случаях связаны с доводами и позицией обвинения. Однако так безапелляционно заявлять, что «суду ничего не оставалась сделать»? Это как минимум весьма непрофессионально.

При такой ситуации ссылаться на прекрасные характеристики и друзей? Это все равно как тортики в больницу носить на следующий день после трагедии.

Действительно, а что суду оставалось делать, если, по мнению потерпевшей, «Лоткова убийца и собиралась ее сына убить ( Прим. авт.: и обстоятельства дела, к сожалению, это подтверждают), у него до сих пор пуля в легком, ее нельзя вынуть, поскольку там рядом сосуды).

О чем говорить, если лишь после вынесения обвинительного приговора защитник Лотковой стал развешивать объявления с целью установления очевидцев события. О чем он думал раньше? О том, как потратить свой объявленный обществу гонорар, или надеялся на ажиотаж с помощью прессы, который сам же и создавал в надежде, что общественное мнение выполнит за него его работу в уголовном деле.

Поэтому вопрос адвоката «а вот почему следователь не усмотрел в действиях Лотковой самозащиты - вопрос без ответа» не является разумным и обоснованным, он повисает в воздухе. Рассчитан, наверное, на домохозяек и молодых студентов, которые искренне не понимают. А почему так вышло. Объяснить бы им, что фразу «цепляясь за закон, как утопающий за соломинку» нельзя переворачивать наизнанку. Закон есть закон, и в данном случае он применен правильно. При том год Лотковой засчитали как поведенный под домашним арестом, т.е. фактически она получила два года лишения свободы. Объяснить бы публике, что в течение года (!) по в принципе заурядному делу (обычная драка с применением травматики) не были собраны ни исчерпывающие доказательства защиты, ни имеющимся не была дана надлежащая оценка с позиции защиты. Но о чем говорить, если свидетелей защиты стали искать лишь после вынесения приговора.

«Приговор жестокий и несправедливый, - сказал КП» независимый адвокат Д. Аграновский (прим. авт.: от кого независимый? Это как понять?). - Любой, кто посмотрит видеозапись драки, поймет, что речь идет максимум о превышении пределов необходимой обороны. Шла драка двух групп здоровенных парней, в которую она оказалась вовлечена. Насколько я понимаю, никто даже не пытался выяснить, могла ли она верно оценить ситуацию. Она ведь не спецназовец какой-нибудь!».

Так ли это? В суде пояснили, что «действия Лотковой носили яркий антисоциальный, дерзский, агрессивный и опасный характер, НИЧУТЬ НЕ СЯЗАННЫЙ С НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНОЙ, КАК ЭТО ПРЕДСТАВЛЕНО СТОРОНОЙ ЗАЩИТЫ. Все доводы студентки были исследованы, но оказались недостаточными, поэтому версия о самообороне и была признана надуманной.

Сама студентка после стрельбы не пошла в полицию заявить о случившемся, а передала пистолет другому лицу. Это было расценено как сокрытие улик. Первый выстрел был произведен в Белоусова без какого-либо предупреждения, предварительных выстрелов и оснований. Второй выстрел - также умышленно - в Курбанова. Третья пуля попала в уже лежащего на полу раненного Белоусова, не представляющего ни для кого никакой угрозы, более того. В присутствии сотрудника полиции.

В приговоре суда ни о какой самообороне речи не шло. Лоткову приговорили за умышленное причинение тяжких телесных повреждений (одному из нападавших резиновая пуля попала в грудь и застряла в легком, а второму - угодила в живот (Прим. авт.: т.е. в жизненно важные органы). Попытки адвокатов Лотковой

доказать, что у нападавших был нож, ни к чему не привели, судья заявил, что не доверяет ни подсудимой, ни свидетелям зашиты: их он счел лицами заинтересованными (Прим. авт.: АБСОЛЮТНО СПРАВЕДЛИВО, в этой ситуации доказывания необходимо было искать независимых свидетелей, а не полагаться на помощь столь «независимых» адвокатов). По словам адвоката Лотковой (второго защитника), «защита надеется найти свидетелей, которые подтвердили бы слова девушки». (Прим. авт.: что ж они раньше этого не делали, не знали наверное).

«Я надеюсь, что в вышестоящей инстанции к нашим доводам отнесутся более благосклонно. (Прим. авт.: Опять манипулирование общественным мнением?). Но все равно нам как воздух нужны очевидцы произошедшего - люди, которые никак не заинтересованы в исходе дела, но которые видели, как все происходит. Нам нужно доказать, что у нападавших был нож, и они представляли реальную угрозу. На видеозаписи видно, что на платформе были люди, которые все видели. Их никто не пытался найти и опросить. И вот теперь мы просим их откликнуться». (См.: «Защитники «блондинки с пистолетом» ищут очевидцев стычки», «КП»,2013 г.).

Приведено и другое мнение: «Приговор стал следствием неправильных действий самой Лотковой. Вместе с товарищами ей нужно было сразу идти в полицию, писать заявление и доказывать, что это на них напали и пытались резать ножом. Что именно поэтому и пришлось стрелять. Нож - ключевое звено. Если его не было, то не было и угрозы жизни, а значит, и необходимой обороны. Парень, которого порезали, должен был в тот же день бежать в травмпункт и фиксировать телесные повреждения; все вместе они должны были потребовать найти этот нож, сделать экспертизу крови на нем (можно добавить, предъявить нож на опознание). А он пришел к врачу через месяц, показал какой-то шрам, по которому ни один эксперт ни чего не может сказать. Да еще друзья девушки отказались давать показания. Поэтому доказательств никаких».

По словам защитника Лотковой «друзья студентки смалодушничали - все, кроме избитого Дмитрия, отказались давать свидетельские показания в суде».

Высказаны и другие мнения:

«Ведь в таких спорных и неочевидных делах (почему таких?) лишение свободы - это скорее исключение, чем правило. Такое впечатление, что этот приговор - часть компании, урок всем владельцам травматического оружия. Хочешь пострелять смотри, что с тобой будет. Такая вот ликвидация правовой неграмотности населения. Но ведь есть и другой способ для ликбеза! Например, курсы для желающих купить оружие. Сейчас таки курсы есть, но на них наскоро читают статью кодекса о самообороне, не вдаваясь в нюансы.

Хотя в этой статье как нигде дьявол кроется в деталях. Когда можно стрелять, когда нет... Что делать после выстрела, куда бежать, кому сообщать...Если бы Александре это объяснили, судьба ее наверняка сложилась бы иначе».

«Да какая это самооборона! Здоровью и жизни Лотковой ничего не угрожало. Видно же по записям с видеокамер. Ее никто не трогал. Она в драке не участвовала Решила показать, мол, меня есть пистолет? Стрельба по дерущимся - это не самооборона. (При м. авт.: Как это согласуется с мнением независимого адвоката Д. Аграновского?)

«По записи мало что можно понять (например кто из какой группировки), но видно, что все остались на ногах. Никто не остался лежать, все встали и пошли. За что дали срок?»

«В руках Курбанова был нож и его легко можно разглядеть на видео с камер наблюдения»,- утверждает между тем защитник Лотковой.

(Прим. авт.: Получается, каждый трактует эту одиозную запись как ему вздумается и как ему выгодно? Или как он ее видит и понимает?).

«Конечно, девушка была испугана и в состоянии аффекта выстрелила. (Прим. авт.: А вот здесь независимы адвокат прав, утверждая, что «насколько я понимаю, никто даже не пытался выяснить, могла ли она верно оценить ситуацию»).

«Саша сделала все правильно, предотвратила поножовщину! (Прим. авт.: Опять же, а где все-таки нож?). Как иным способом девушка может остановить человека с холодным оружием, наблюдая бездействие полиции (Прим. авт.: Но ведь стрелять в лежащего, не представляющего опасности человека, в присутствии сотрудника полиции? А как это оценить?).

«В законе нет понятия самооборона, а есть «крайняя необходимость» - когда опасности подвергается другой человек. Юристы говорят в этом случае о крайней необходимости, но она не подразумевает тюремного срока. Приговор нужно однозначно оспаривать, вменяемый суд встанет на сторону девушки (Прим. авт.: На каких доказательствах?).

«Нужно, чтобы полицейские которые не вмешались в конфликт, обязательно понесли наказание, вплоть до тюремного. (Прим. авт.: Наверное, вот главная причина и проблема - бездействие некоторых представителей сегодняшней полиции, не выполняющих свои обязанности даже в очевидной ситуации противоправных действий! Безучастный наблюдатель - сотрудник полиции - был уволен. Другая проблема - безнаказанность потерпевших. «Никаких обвинений им предъявлено не было. Даже несмотря на то, что их противник Дмитрий получил несколько легких ножевых ранений». Значит, нож все-таки был?.... Или суду его необходимо было представить в натуре, чтобы он поверил?). (См.: «Девушке стрелявшей в нападавших, дали три года колони», «Она пыталась скрыть улики», «Урок для остальных», «Приговор нужно оспаривать!», «КП», март 2013 г.)

Информация к размышлению

Девять лет проведет в колонии строгого режима полицейский, устроивший резню, в которой погиб 27-летний парень. Кром того, он будет обязан выплатить матери молодого человека свыше полмиллиона рублей.

Трагедия разыгралась в ночь на 11 июня 2012 года в подмосковном Воскресенске. 30-летний сержант полиции из ОВО УВД Домодедово Сергей Печерских, десантник в прошлом, возвращался домой вместе со своей женой и знакомой супружеской парой. Остановившись у круглосуточного магазина, приятели оставили своих жен у входа, а сами вошли внутрь, чтобы купить пива. В это время мимо проходили несколько парней, и один из них, осмелев под воздействием алкоголя, подошел к двум скучающим женщинам и приобнял одну из них, предложив познакомиться. Дамы ответили ему, что они замужем. Как раз в этот момент из магазина вышел Сергей. Он предложил парню убраться куда подальше. Но друг ловеласа, 27- летний Сергей Паншин, решил разобраться с обидчиком товарища. Паншин (он, кстати, был сильно пьян) ударил полицейского в грудь локтем, пошл этого в ход пошл кулаки. В какой-то момент сержант вытащил складной нож из кармана. Печерских нанес несколько хаотичных ударов ножом, и драка прекратилась - у Панщина был серьезный парез в области руки и шеи. Он только успел крикнуть товарищам, что рука немеет и... упал в лужу прямо на том месте, где стоял, а позже скончался. После этого Печерских попытался запереться в одном из магазинов. Но брат Сергея Андрей ногой выбил дверь и принялся избивать беглеца. Прибывшие через несколько минут полицейские задержали коллегу. Позже его уволили и арестовали.

В суде Печерских заявил, что лишь подобрал нож, выпавший у одного из избивавших его ребят, и попытался им отбиться. А меж тем его супруга сказала, что полицейский постоянно носил при себе нож...

Как пояснили в пресс-службе Мособлсуда, в счет моральной компенсации суд обязал Печерских выплатить полмиллиона рублей и еще 154.791 рублей материальной компенсации. Печерских собирается обжаловать строгий приговор.

(См.: «Ревность сначала заставила полицейского убить оппонента, а потом обратила в бегство», «МК», 2013 г.).

В постановлении о прекращении уголовного дела в отношении военнослужащего капитана Д. было указано, что «при этом самому Д. в результате драки был причинен вред здоровью средней тяжести. К показаниям свидетелей Викулова, Козлова и Салдаева стоит отнестись критически, так как сообщение о том, что Д. после нанесенного удара Воронину вытер нож, сложил его и убрал в карман, противоречит установленным обстоятельствам уголовного дела и опровергнуто совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе предварительного следствия не получено каких- либо объективных данных, свидетельствующих о неправомерном использовании ножа Д., а также о том, что он первым достал нож и напал на Воронина, и никто из свидетелей прямо указать на это не может. Напротив, в ходе следствия установлено, что Воронин спровоцировал конфликт, первым применил насилие к Д., а показания Д. в части того, что Воронин достал нож, тем самым угрожая его жизни и здоровью, ничем не опровергнуты.

В соответствии с ч.З ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленным УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. При этом Д., обладая навыками рукопашного боя, приемами обезоруживания противника, имел реальную возможность выхватить нож у нападавшего Воронина и нанести ему удар в жизненно важные органы. Однако в данном случае Д., не желая причинения смерти потерпевшему, нанес ему один удар в ногу, которая не является жизненно важным органом, не предполагая возможности того, что Воронину может быть причинена смерть, а лишь для того, чтобы остановить нападавшего и сохранить свои жизнь и здоровье.

Согласно ст.37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

В данном случае Д. не превышены пределы необходимой обороны, поскольку посягательство со стороны Воронина было сопряжено с непосредственной угрозой применения насилия, опасного для жизни обороняющегося лица.

Из материалов уголовного дела следует, что Воронин был физически сильным, агрессивно настроен, находился в компании ранее незнакомых физически сильных людей, которые также как и он, находились в стоянии алкогольного опьянения; опасность для жизни Д. со стороны напавшего Воронина была реальной.

Нанесение Д. одного удара ножом в ногу не свидетельствует о том, что им были превышены пределы необходимой обороны, поскольку удар был нанесен в короткий промежуток времени в орган, которые не является жизненно важным, человеку, чьи действия представляли опасность для жизни обороняющегося Д.

Таким образом, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что Д. находился в состоянии необходимой обороны, поэтому в его действиях состав преступления отсутствует».

На вопрос: «По какой причине он в своих ранее данных показаниях не сообщал о том, что на него напали с ножом, и он видел нож у нападавшего», Д. ответил: «Я опасался, что меня сделают крайним в сложившейся ситуации, я не помнил некоторых обстоятельств происшедшего, и я ждал официального ответа и реагирования со стороны полиции на свое заявление в отношении нападавших. В настоящее время я решил рассказать всю правду. При этом хочу подчеркнуть, что, возможно, некоторые обстоятельства я излагаю не совсем точно, что объясняю стрессовым состоянием, скоротечностью нападения и последствиями полученных травм. Более я пояснять ничего не желаю. От дальнейших следственных действий с моим участием я отказываюсь, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ».

Уголовное дело в отношении и курсантов РВВДКУ Б. и О., возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, следствием также было прекращено. Следователь указал, что « к показаниям Б., который категорически отрицал причинение Соколову ножевого ранения, повлекшего смерть, стоит относиться критически, и расценивать их как защитную позицию Б. от наступления возможной уголовной ответственности. В данном случае Б. не превышены пределы необходимой обороны, поскольку посягательство по стороны Соколова было сопряжено с непосредственной угрозой применения насилия, опасного для жизни обороняющегося лица. Нанесение Б. двух ударов ножом не свидетельствует о том, что им были превышены пределы необходимой обороны, так как удары были нанесены в короткий промежуток времени человеку, чьи действия представляли опасность для жизни обороняющегося Б.»

Другой пример российского правоприменения по этой категории уголовных дел. Итак, вновь необходимая оборона. Дело каскадера

Каскадер Б. Процук в состоянии очевидной необходимой обороны спас друзей от пьяных хулиганов, получил ножевое ранение и... шесть лет тюрьмы.

Борис Процук осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. На месте происшествия милиция не стала задерживать никого из хулиганов, на следующий день заявления от потерпевших - двух девушек не приняли, стали угрожать, что посадят их за «ложный донос». Эти заявления были отправлены почтой. Диктофонную запись разговора с руководством Ухтомского ОВД потерпевшие направили в УСБ ГУВД Московской области, откуда пришел ответ: «Невозможно без экспертизы установить личности говорящих на пленке». Видеосъемка с камер наблюдения, установленных у магазина на месте происшествия, исчезла. Прокурор просил восемь лет, судья тем не менее не решилась вынести обвинительный приговор и направила дело на дополнительное расследование, после которого дело вновь поступило в суд и опять - наказание в виде шести лет лишения свободы. 

Московский областной суд отменяет этот приговор и направляет дело на новое рассмотрение. Видимость законности, объективности и беспристрастности соблюдена. Новый суд - снова шесть лет лишения свободы.

Из Генеральной прокуратуры матери осужденного пришел долгожданный ответ. Оказывается, будут возбуждены дела по факту хищения у Процука куртки и мобильного телефона (их забрали хулиганы во время драки) и по факту избиения потерпевшей Е. Вишняковой. Догадались...

Оказывается, «следователи строго предупреждены о привлечении к дисциплинарной ответственности в случае повторения подобных нарушений», - уверила в письме начальник отдела Управления Генеральной прокуратуры по обеспечению участия прокуроров в надзорной стадии уголовного судопроизводства А.Полякова. (См.: «28- летнего москвича Б. Процука обвинили в избиении пьяной и вооруженной толпы», «КП», 26 марта 2010 г.)

В то же время Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ надзорным определением от 22 мая 2003 года уголовное дело в отношении И. прекратила, указав что в его действиях отсутствует состав преступления.

Судебная практика бывает почему-то разной....

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» от 27 сентября 2012 года, к сожалению, не четко разъяснил многие вопросы правоприменительной деятельности. Так, например, вызывает недоумение некоторые разъяснения, касающиеся «превышения пределов необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта)» и вопросы квалификации действия обороняющегося лица в таких ситуациях.

В то же время указано, что в некоторых обстоятельствах «обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу».

Требуют выяснения вопросы неожиданности и характера нападения, степени его опасности, влияния чувства страха или иного душевного волнения на действия обороняющегося и т.д.

Эта нечеткость в разъяснениях приводит к незаконному привлечению к уголовной ответственности граждан, которые безусловно являются потерпевшими. Практике известны случаи привлечения к ответственности за совершение убийства Александры Иванниковой (осуждена, однако впоследствии приговор был пересмотрен и отменен) и Татьяны Кудрявцевой (дело прекращено, однако первоначально следствие переквалифицировало его со статьи «умышленное убийство», по которой оно сначала было возбуждено, на «убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны»).

(См.: «Защита от нападения ведет за решетку», «Защищайтесь, сударь!», «С женщины, давшей отпор насильнику-гастарбайтеру, сняли обвинения в убийстве», «МК», 2012 -2013 г.г.).

К сведению читателя:

В России в данный момент невозможно вводить подобные изменения. При современном уровне преступности, криминализации населения и вообще полном отсутствии справедливости, которой просто нет и которой даже нельзя добиться, люди будут палить...

В России слишком часто совершенно сознательно сажают невинных и совершенно сознательно освобождают от наказания преступников, и этого никто не стесняется. Правоохранительная система плохо работает. Поэтому я не знаю, как можно даже поднимать такой вопрос. Горе тогда сотрудникам МВД. Всем известно, что творится на Кавказе, где у народа есть оружие: там постоянно убивают полицейских.

Потом, если ты достал пистолет и не выстрелил, то преступник заберет этот пистолет. Он будет готов к этому. Поэтому получается так, что при малейшем подозрении надо стрелять. И народ будет палить. А стрелять еще надо научиться. Представьте, если в городах начнут палить. Одной пулей двоих можно убить, а двоих еще ранить. Наивно и глупо предполагать, что разрешение на ношение оружия может принести какую-то пользу. Сколько горя наделали даже травматические пистолеты. Сколько смертей невинных людей произошло из-за нелепых казусов, когда какого-то человека в плохом настроении ущемили на дороге, а он достал пистолет и навал стрелять.

(См.: Глава Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями протоирей Димитрий Смирнов, «Будут палить!», «КП», 2013 г.)

 


Наши услуги:
Возмещение ущерба
Ведение гражданских дел по искам страховых компаний - что делать, если страховая не платит?
Помощь в возврате водительских прав - поможем вернуть права после лишения!
Уготовные дела по ДТП - защита обвиняемого по уголовным делам, связанными с дорожно-транспортными происшествиями

Статьи

О принципах современного судопроизводства и существующей судебной практике

Подробнее...

Издание книги ПРОБЛЕМЫ ЗАКОННОСТИ И СПРАВЕДЛИВОСТИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИИ

Подробнее...

Установление виновности и доказывание обстоятельств дорожно-транспортного происшествия

Подробнее...

Определение момента возникновения опасности при доказывании обстоятельств дорожно-транспортного происшествия

Подробнее...

Решение окончательное и обжалованию не подлежит. Часть вторая.

Подробнее...

Новости

Когда вызывать ГИБДД в случае аварии?

Подробнее...
Яндекс.Метрика

Наш адрес: 129128, Москва,
Кадомцева пр. 15, оф. 4

Как нас найти

www.adv30.ru - Сайт Филиала №30

© 2015 “Филиал №30 МОКА АП МО”
© Ярошик О.Д.

+7 (499) 235-73-36
+7 (903) 723-04-81